Хроники пикирующего бомбардировщика.Часть 2.

Часть 2. Всё пропало…

Командир (тихо) – Второму пилоту:
— Слушай, ты мне так и не рассказал, как у тебя с …(кивает головой  на штурмана)…ну, с ней?
Второй пилот:
— В смысле?..
— Да я  не понимаю, как она тебя окрутила?
— А тебя?
— Ну, меня …то было давно…что вспоминать…
— А вот у тебя то как?
Второй пилот, задумавшись:
— Ты «Бриллиантовую руку» смотрел?
— Смотрел.
— Помнишь, как Никулина  блондинка окрутила?
Командир, улыбаясь:
— Помню…что и она (кивает на штурмана) также раздевалась???
Второй пилот, вздыхает с сожалением:
— Нет…также поила…
— По-нят-но…проснулся – гипс!
— Ага…точно!..
Смеются оба.

Штурман:
— Что Вы там смеётесь?
Командир:
— Да так…фильм один вспомнили…
Подай водички, пожалуйста.
— Вам с газом? (Улыбается).
Второй пилот «покатился» от  смеха…
Командир, обиженно:
— Вы всё шутите!..
Сколько можно Вам говорить, что я с ГАЗОМ  не люблю!
Штурман уходит за водой.
Длинная пауза.
Возвращается Штурман. Отдаёт Командиру бутылочку с водой.
Говорит Командиру.
— Там в салоне что-то шумно, пойду я посмотрю…как бы чего не вышло.
Уходит.

В салоне пассажиры, видя что самолёт падает, а им ничего не сообщают, волнуются, громко разговаривают между собой, требуют Бортпроводника.
Священник встал в начале салона и всех успокаивает.
Входит штурман, пассажиры забрасывают её вопросами:
— Что случилось? Почему падаем?
Она отвечает:
— Дорогие мои, ничего страшного не произошло, летим нормально, горючее есть, скоро долетим. Не волнуйтесь.
Часть пассажиров успокаивается, другая громко требует подробностей…угрожают расправой.
Штурман, видя, что обстановка напряжённая и помочь  ей может только Священник, обращается тихо к нему:
— Отче, Вы не уделите мне несколько минут?
Давайте пройдём в другой отсек.

Священник.

— Хорошо, дочь моя.
Уходят в отсек между кабиной и салоном самолёта.

В отсеке.
Штурман, смиренно смотря вниз:
— Отче, Вы знаете, как тяжело женщине одной справиться со всеми делами, сколько забот, кругом одни завистники, не на кого опереться…
Священник:
— Все мы под одним Господом, дочь моя, что тебя беспокоит?
— Отче, я хочу Вам сказать, что Командир не справляется с управлением самолета, и мы можем ВСЕ не долететь, упасть.
Священник, вздыхая:
— Это не новость для меня, дочь моя, я давно предполагал это.
Штурман,  подымая глаза:
— Так надо же что-то делать!..
— Говори, говори, дочь моя, я тебя слушаю.
Штурман, придвигаясь вплотную к Священнику, и шепчет ему на ухо:
— Отче, только Вы можете спасти нас!
— Как???
— Вы сядете в командирское кресло, а рулить буду я, и мы спасёмся!
— А как же Командир?
Штурман, в сердцах.
— Да не думайте о нём, выбросим его с самолёта и всё.
— Что Вы такое говорите, дочь моя, побойтесь Бога!
Штурман, видя, что Священник не соглашается, придвигается к нему ещё ближе и начинает одной рукой лезть священнику под рясу.
Священник (восторженно)
— Дочь моя, вижу Вы на верном пути.
Штурман, нащупав у Священника под рясой то, что искала:
— Ах, Отче, Вы ещё не видели мою Конституцию…
Священник, закатив глаза и прижимая к себе Штурмана:
— Хорошо бы было посмотреть…

В отсек врывается одна из пассажирок…

Немая сцена…
Пассажирка, прикрывая рот рукою, убегает назад в салон.
Штурман отскакивает от Священника.
Священник приводит себя в порядок:
— О, Господи, прости меня грешного! Крестится.
Вы, дочь моя, идите к себе с Богом, а я к себе…
Уходит.

Штурман возвращается в кабину Командира, садится в кресло, крестится, вздыхает:
— Всё пропало…

18.06.2009г.

© Андрей Зацепин

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *